January 17th, 2013

Двое из «жертв Катыни» оказались расстреляны немцами

Ещё раз по поводу «массового захоронения жертв НКВД» во Владимире-Волынском, оказавшегося делом рук немцев.

На сайте «Правда о Катыни» помещён подробный отчёт:

http://www.katyn.ru/index.php?go=News&in=view&id=253

Отчет польского Совета охраны памяти борьбы и мученичества

[Spoiler (click to open)]Согласно отчета представителей польского Совета охраны памяти борьбы и мученичества («Raport z badań archeologiczno-ekshumacyjnych mogiły zbiorowej na terenie rezerwatu historyczno-kulturowego miasta Wlodzimierza-Wołyńskiego»), основные эксгумационные работы в 2010-2012 гг. велись в могилах № 1 и № 2.

В сезоне 2011 г. из могилы № 1 были извлечены останки 367 человек. Всего по результатам раскопок 2011-2012 гг. из могилы № 1 эксгумированы останки 514 человек (47 % - женщины, 24% - мужчины, 27% -дети, 2% - не идентифицированы).

При раскопках могилы № 1 найдены 150 пистолетных гильз:

- 137 гильз с маркировкой «kam, 67, 19, 41», где «kam» - код изготовителя боеприпаса по немецкому перечню (данный код в период немецкой оккупации имел завод «HASAG Eisen-und Metallwerke G.m.b.H., Skarzysko»), цифры «19, 41» - год выпуска, а число «67» означает процент содержания меди в материале гильзы (67% меди, 33% цинка);
- 7 гильз с маркировкой «dnh, *, 1, 41», где «dnh» - код изготовителя боеприпаса по немецкому перечню (завод «Rheinisch Westfalische Spregstoff AG de Dürlach»), цифры «1, 41» - год выпуска, а символ «*» означает латунную оболочку гильзы;
- 1 гильза с маркировкой «Geco, 9 mm»;
- 5 гильз калибра 7,62х25 без маркировки советского производства образца 1930 г.

Жертвы в могиле № 1 расстреливались не все сразу, а группам численностью от 17 до 36 человек. Перед расстрелом палачи заставляли людей спускаться в готовые могилы и ложиться лицом вниз на уже лежащие там трупы, после чего расстреливали их выстрелами в затылок или в основание черепа.

Такой метод расстрела получил название «система Еккельна» - по имени обергруппенфюрера СС Фридриха Августа Еккельна разработавшего данную методику в 1941 году для облегчения военнослужащим немецких эйнзатцгрупп проведения массовых расстрелов на оккупированных территориях. Сам Еккельн называл свою систему расстрела «методом пачки сардин».

Из могилы № 2 в 2012 г. эксгумированы останки 232 человек (54% - женщины, 26% - дети, 15% - мужчины, 5% требуют дополнительных исследований для идентификации). В могиле № 2 расстрелянные также лежали несколькими разными группами, но из-за менее упорядоченного расположения останков в могиле № 2 эти группы не так явно выражены.

С южной стороны от могилы обнаружен скелет еще одного человека, расстрелянного уже после заполнения могилы № 2. Этому скелету присвоили № 2/233.

При раскопках могилы № 2 найдены 224 пистолетных и 1 винтовочная гильза:

- 205 гильз с маркировкой «kam, 67, 19, 41»;
- 17 гильз с маркировкой «dnh, *, 1, 41»;
- 2 гильзы калибра 7,62х25 без маркировки советского производства образца 1930 г.;
- 1 винтовочная гильза с маркировкой «B , 1906» австрийского производства калибра 7,62 мм.

Слои трупов в обеих могилах местами были пересыпаны известью. Среди останков также обнаружены частицы извести, что свидетельствует о целенаправленном посыпании трупов после расстрела негашеной известью для ускорения их разложения. Использование негашеной извести подтверждается и большой степенью истления одежды и вещей, которые жертвы имели при себе.

В могилах найдены также строительные материалы, вещи и предметы предыдущих исторических эпох, в том числе, монеты XIV-XIX веков, не связанные непосредственно с захоронениями.

Кроме эксгумаций из могил № 1 и № 2, в сезоне 2012 г. также проводились зондажные работы в заложенных ранее раскопах №7/2011 и №10/2011 и в заложенных в 2012 г. раскопах №11/2012, №12/2012 и №13/2012. Во всех этих зондажных раскопах были обнаружены останки расстрелянных людей.


Следует отметить, что рапорт представителей польского Совета охраны памяти борьбы и мученичества написан в доступной форме и на нормальном литературном языке. С научной точки зрения отчет является достаточно объективным и взвешенным, что делает честь его авторам, в особенности, госпоже Д. Семиньской.

Однако, несмотря на это, необходимо подчеркнуть, что составители этого отчета так и не решились прокомментировать главную историческую сенсацию раскопок во Владимире-Волынском – обнаружение там в могилах двух личных идентификационных польских полицейских жетонов – жетона № 1441, принадлежавшего постерунковому Юзефу Кулиговскому (Józef Kuligowski), и жетона № 1099, принадлежавшего старшему постерунковому Людвику Маловейскому (Ludwik Małowiejski).

Оба этих польских полицейских до апреля 1940 г. содержались в Осташковском лагере военнопленных НКВД СССР, откуда в апреле-мае 1940 г. они были направлены в гор. Калинин с формулировкой «в распоряжение начальника УНКВД по Калининской области». Согласно господствующей в Польше фальсифицированной версии Катынского дела, Кулиговский и Маловейский считаются расстрелянными весной 1940 г. в Калинине и тогда же захороненными на спецкладбище Калининского УНКВД в Медном.

Во всех остальных случаях эксгумаций, связанных с Катынским делом, обнаружение при человеческих останках в захоронении личных идентификационных жетонов всегда являлось достаточным основанием для безусловной научно-исторической констатации факта расстрела владельца найденного жетона в данном месте и бесспорного установления личности расстрелянного военнослужащего в юридическом и политико-правовом отношении.

Одним из последних таких примеров является безусловная констатация факта расстрела и бесспорная идентификация личности постерункового польской государственной полиции Николая Холевы (Mikołaj Cholewa) в октябре 2012 г. на основании идентификационного жетона польского полицейского № 1293, найденного при раскопках в Быковне.

Однако точно такие же жетоны Юзефа Кулиговского и Людвика Маловейского, найденные при аналогичных раскопках на территории Владимир-Волынской городской тюрьмы почему-то не являются основанием для констатации факта их расстрела в г. Владимире-Волынском. В случае с Кулиговским м Маловейским польские историки предпочитают игнорировать очевидные факты и, вопреки исторической правде, упорно поддерживать фальсифицированную версию Катынского дела.