Фантастика
2017 год
...
Растянутый на четырёх натянутых цепях к Лобному месту медленно брёл обречённый на смерть человек. Над толпой пронесся тихий шуршащий вздох. Этого человека хорошо знали — бывший министр обороны, он совсем ещё недавно был в славе и чести, и одно его слово весило и значило очень много. А теперь он, клеймённый словами «вор» и «враг державы», стал никем, и совсем скоро его сытое холёное тело, вдоволь испытавшее женских ласк, должно было превратиться в простой сгусток гниющей органики. Бывший вельможа брёл, влекомый звякающими цепями, и кожа на его одутловатом лице казалась покровом, по ошибке накинутом на скелет на пару размеров меньше. «Sic transit gloria mundi» — подумал Сергей Ильич.
Процессия остановилась у Лобного места. Палач шагнул в сторону, двое гвардейцев легко вздёрнули приговорённого на возвышение и распластали его на плахе.
— Да свершится закон! — раздалось из киловаттных динамиков.
Секира поднялась, на миг поймав лезвием солнечный луч, и упала с глухим стуком. Палач наклонился, поднял отсечённую голову за волосы и показал толпе; по рукаву его из разрубленной шеи сбегала густеющая струйка крови.
— Да свершится закон! — повторно пронеслось над Красной площадью. Сергей Ильич отвернулся.
Когда он снова посмотрел на экран, в людском море, заполнившем Красную площадь, уже обозначились ручейки и водовороты: люди начали расходиться. И стали слышны слова и обрывки разговоров: установленные на площади микрофоны работали исправно.
— ...а кто следующий?
— Свято место Лобное пусто не бывает...
— А с бабами евойными чего будет? С теми, что в хищениях замешаны?
— Согласно уложению — пойдут в гвардейские бордели на срок от трёх до семи лет, в зависимости от тяжести вины. Будут отрабатывать сладким местом прежнюю сладкую жизнь — всё по справедливости.
http://samlib.ru/k/kontrowskij_w_i/konezsvetanabis-2.shtml
...
Растянутый на четырёх натянутых цепях к Лобному месту медленно брёл обречённый на смерть человек. Над толпой пронесся тихий шуршащий вздох. Этого человека хорошо знали — бывший министр обороны, он совсем ещё недавно был в славе и чести, и одно его слово весило и значило очень много. А теперь он, клеймённый словами «вор» и «враг державы», стал никем, и совсем скоро его сытое холёное тело, вдоволь испытавшее женских ласк, должно было превратиться в простой сгусток гниющей органики. Бывший вельможа брёл, влекомый звякающими цепями, и кожа на его одутловатом лице казалась покровом, по ошибке накинутом на скелет на пару размеров меньше. «Sic transit gloria mundi» — подумал Сергей Ильич.
Процессия остановилась у Лобного места. Палач шагнул в сторону, двое гвардейцев легко вздёрнули приговорённого на возвышение и распластали его на плахе.
— Да свершится закон! — раздалось из киловаттных динамиков.
Секира поднялась, на миг поймав лезвием солнечный луч, и упала с глухим стуком. Палач наклонился, поднял отсечённую голову за волосы и показал толпе; по рукаву его из разрубленной шеи сбегала густеющая струйка крови.
— Да свершится закон! — повторно пронеслось над Красной площадью. Сергей Ильич отвернулся.
Когда он снова посмотрел на экран, в людском море, заполнившем Красную площадь, уже обозначились ручейки и водовороты: люди начали расходиться. И стали слышны слова и обрывки разговоров: установленные на площади микрофоны работали исправно.
— ...а кто следующий?
— Свято место Лобное пусто не бывает...
— А с бабами евойными чего будет? С теми, что в хищениях замешаны?
— Согласно уложению — пойдут в гвардейские бордели на срок от трёх до семи лет, в зависимости от тяжести вины. Будут отрабатывать сладким местом прежнюю сладкую жизнь — всё по справедливости.
http://samlib.ru/k/kontrowskij_w_i/konezsvetanabis-2.shtml