Игорь Пыхалов (pyhalov) wrote,
Игорь Пыхалов
pyhalov

Сдавайте валюту! Из жизни белого Севера

Буржуазия, воспользовавшись ситуацией, начала усиленно сбывать «чайковки» — местные деньги, выпущенные правительством Чайковского. Скупая за «бумажки» ценности, местные торговцы продавали их за границу на валюту, причем оставляли ее в банках иностранных государств.

Казна пустела. Пять миллионов рублей, которые собрали архангельские «Минины», были каплей в море. В этой ситуации генерал Миллер встал на путь конфискации священной частной собственности.

Начиная с августа 1919 года стали появляться приказы о конфискации имущества лиц, выбывших за пределы Северной области. Особенно суровым был приказ от 29 октября. В нем говорилось, что лица, обязанные подпиской сдавать иностранную валюту, вырученную за вывоз товара за границу, Северному областному банку и не сдавшие ее в указанный срок, будут подвергнуты лишению всех прав состояния, конфискации имущества и ссылке на каторжные работы сроком от четырех до шести лет.

Согласно этому приказу 19 декабря 1919 года был наложен арест на движимое имущество И.И. Данишевского. Данишевский был владельцем крупного пакета акций в Североокеанском акционерном обществе, владел двухэтажным домом и двумя флигелями. Вина его состояла в том, что он, получив разрешение на вывоз товара (5700 пудов смолы и 25 764 пуда пеку) и выручив за них свыше 316 100 лир, не внес их в Северный банк. Кроме того, Данишевский вывез за границу 7578 пудов анисового и свекловичного семени, выручив при этом 24 638 долларов, которые также оставил за границей. Виновному грозило уголовное наказание. Однако оказалось, что наказывать некого: владелец этих средств не только перевел деньги в зарубежные банки, но и сам успел выехать в Америку.

При проверке выяснилось, что многие должники поступили таким же образом. Когда правительство обратилось к начальнику городской милиции с просьбой принять к ним меры относительно передачи валюты и передало список, в котором значились фамилии 18 предпринимателей, начальник констатировал, что многие, о ком шла речь, уже получили из его канцелярии заграничные паспорта на выезд в разные страны.

Миллер пытался достать непокорных даже за границей. В телеграмме генералу Саблину он, отметив, что лесопромышленник Б.С. Ульянский выехал из Архангельска, уклонившись от уплаты в казну 5210 фунтов стерлингов, ходатайствовал о выдаче его русским военно-судебным властям. Саблин устранился от выполнения этой просьбы, стремясь, как он выразился в ответной телеграмме, «избегнуть открытого отказа» со стороны британского правительства. Одновременно он сообщил Миллеру о том, что «со стороны как англичан, так и русских поступают жалобы на меры, предпринимаемые правительством относительно экспроприации валюты». Более того, Саблин отметил, что эти меры «приравниваются общественным мнением к методам советской власти, поддерживают желание коммерческих кругов завязать торговые отношения с большевистской Россией даже преимущественно перед сражающимися с большевиками окраинами».

Но Миллер был непреклонен. В телеграмме, направленной Саблину уже 18 января 1920 года, он настаивал на том, чтобы «подобные меры были применены в равной степени как к русским, так и к иностранцам». В частности, он просил содействия в получении валюты от фирмы «Карл Стюарт».

Применение принудительных мер вызвало рост недовольства в среде предпринимателей. Архангельские представители торгово-промышленного мира доказывали, что изъятие валюты не позволит им вести свои дела. Они требовали отмены приказа от 29 октября. Торгово-промышленный союз, выражая протест, заявил, что он стоит «за свободу торговли и предоставление ему известной части валюты для необходимого оборота».

Недовольство торгово-промышленного сословия вызывали постоянные реквизиции. У предпринимателей изымались лошади, сани, упряжь, экипажи, медикаменты, полушубки, рукавицы и многое другое. Летом 1919 года были изъяты двухколесные экипажи, в том числе у видного лесопромышленника Чудинова. У Титова реквизировали 162 ящика стекла. Как правило, эти акции производились на бесплатной основе.

Недовольство действиями военных органов выражали кооператоры. Сохранилось письмо руководителей кооперативных организаций с жалобой на то, что у их союза было бесплатно реквизировано 66,6 тысячи аршин ткани «на нужды армии». Авторы письма с сарказмом замечали, что им совершенно не ясна «потребность армии в таких тканях, как вуаль и фуляр, каковые, по нашему глубокому разумению, идут лишь для женских нарядов».
(Овсянкин Е.И. На изломе истории. События на Севере в 1917–1920 гг. Мифы и реальность. Архангельск, 2007. С.452–455)

Настоятель Пинежского собора высказал претензии: разместившийся в его доме английский штаб нанес ущерб внутреннему убранству помещений, израсходовал бесплатно запас дров. Он требовал как минимум возмещения ему 1250 рублей...

Выше уже приводилась жалоба настоятельницы Холмогорского Успенского женского монастыря игуменьи Ангелины. В отчете за 1919 год она отметила: «Две мобилизации лошадей отняли три самых лучших лошади, две телеги на железном ходу. Монастырь нес непосильную конскую повинность, ежедневно поставляя 3–5 лошадей, что изнурило как лошадей, так и сестер. Занятые помещения союзными и русскими войсками приведены в такое печальное положение, что приведение их в пригодное состояние потребует значительных расходов»
(Там же. С.455–457)
Tags: Гражданская война, интервенция
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments