ПАВШИЕ В СОРОК ПЕРВОМ
В.С. Бушин
ПАВШИЕ В СОРОК ПЕРВОМ
Всем за Россию павшим слава
И память скорбная вовек!
Их свято чтят и мать-держава,
И каждый честный человек.
О всех нам не избыть печали
Средь будней, праздников и дел,
Но у того, кто пал в начале,
Особый всё-таки удел...
Им, кто сражался в Бресте, в Орше,
В Смоленске, Вязьме, у Орла,
В земле лежать не всех ли горше? —
Им неизвестно, чья взяла.
Они не знают, удалось ли,
Нам отстоять Москву зимой,
И что, и как там было после
Со всей Россией, всей страной.
И что с детьми, и что с женою?
Жива ли мать и где отец?
Еще пойдем ломить стеною...
Или уже всему конец?..
Над ними годы проплывают,
Как многотонные суда,
Но ничего они не знают
И не узнают никогда.
Но, и не зная, все отдали,
Все совершили, что могли,
И не колеблясь, частью стали
Родимой дедовской земли.
ПОСЛЕДНИЙ ДОЛГ
Я звоню фронтовым корешам: — Алексей!..
Ванька Чеверев!.. Колька!..
Ведь они же вернулись с кровавых полей!
Для меня никого нет на свете милей -
Но я слышу гудки лишь, и только...
Но я снова и снова звоню: — Старшина!..
— Лейтенант!.. Санинструкторша Света!..
Но в ответ — тишина... тишина... тишина..
Между нами стена, гробовая стена,
И в ответ — никакого ответа...
Я упорный, взываю опять и опять:
-Помкомвзвода!.. Катюша, голубка!.
— Приходите! Есть выпить. Туды вашу мать!
Как под Жиздрой споем мы «Землянку» опять!
Но безмолвствует черная трубка...
Повезло пережить им лихую грозу
Но не вынесли лет этих ношу...
Что ж, снимаю шинель, вытираю слезу,
И один я за вас до врага доползу
И «лимонку» последнюю брошу.
Сержант Владимир Бушин
3-й Белорусский фронт
ПАВШИЕ В СОРОК ПЕРВОМ
Всем за Россию павшим слава
И память скорбная вовек!
Их свято чтят и мать-держава,
И каждый честный человек.
О всех нам не избыть печали
Средь будней, праздников и дел,
Но у того, кто пал в начале,
Особый всё-таки удел...
Им, кто сражался в Бресте, в Орше,
В Смоленске, Вязьме, у Орла,
В земле лежать не всех ли горше? —
Им неизвестно, чья взяла.
Они не знают, удалось ли,
Нам отстоять Москву зимой,
И что, и как там было после
Со всей Россией, всей страной.
И что с детьми, и что с женою?
Жива ли мать и где отец?
Еще пойдем ломить стеною...
Или уже всему конец?..
Над ними годы проплывают,
Как многотонные суда,
Но ничего они не знают
И не узнают никогда.
Но, и не зная, все отдали,
Все совершили, что могли,
И не колеблясь, частью стали
Родимой дедовской земли.
ПОСЛЕДНИЙ ДОЛГ
Я звоню фронтовым корешам: — Алексей!..
Ванька Чеверев!.. Колька!..
Ведь они же вернулись с кровавых полей!
Для меня никого нет на свете милей -
Но я слышу гудки лишь, и только...
Но я снова и снова звоню: — Старшина!..
— Лейтенант!.. Санинструкторша Света!..
Но в ответ — тишина... тишина... тишина..
Между нами стена, гробовая стена,
И в ответ — никакого ответа...
Я упорный, взываю опять и опять:
-Помкомвзвода!.. Катюша, голубка!.
— Приходите! Есть выпить. Туды вашу мать!
Как под Жиздрой споем мы «Землянку» опять!
Но безмолвствует черная трубка...
Повезло пережить им лихую грозу
Но не вынесли лет этих ношу...
Что ж, снимаю шинель, вытираю слезу,
И один я за вас до врага доползу
И «лимонку» последнюю брошу.
Сержант Владимир Бушин
3-й Белорусский фронт