Можно ли прощать бандеровцев?
Мнение Патриарха Кирилла
Сегодня наши братья на Донбассе, православные люди, несомненно, страдают, и мы не можем не быть с ними — в первую очередь в молитве. Нужно молиться, чтобы Господь помог им сохранить веру православную, не поддаться искушениям и соблазнам. Одновременно мы должны молиться о том, чтобы как можно быстрее наступил мир, чтобы перестала литься кровь наших братьев и сестер, чтобы Господь приклонил милость Свою к многострадальной Донбасской земле, восемь лет несущей на себе эту скорбную печать, порождаемую человеческим грехом и ненавистью.
Входя в поприще Великого поста, постараемся простить всех. Что такое прощение? Если вы просите прощения у человека, преступившего закон или сделавшего вам что-то злое и несправедливое, вы тем самым не оправдываете его поведение, а просто перестаете этого человека ненавидеть. Он перестает быть вашим врагом, а значит, своим прощением вы предаете его на суд Божий. Вот подлинный смысл прощения друг другу наших грехов и ошибок. Мы прощаем, мы отказываемся от ненависти и злопамятства, но мы же не можем там, на небесах, вычеркнуть человеческую неправду; поэтому мы своим прощением предаем обидчиков своих в руки Божии, чтобы над ними совершились и суд, и милосердие Божие. Чтобы наше христианское отношение к человеческим грехам, заблуждениям и обидам не было причиной их гибели, но чтобы справедливый суд Божий совершился над всеми, в том числе над теми, кто принимает на себя тяжелейшую ответственность, расширяя пропасть между братьями, наполняя ее ненавистью, злобой и смертью.
Мнение архиепископа Луки (Войно-Ясенецкого), в 2000 году причисленного РПЦ к лику святых:
Но, может быть, кого-либо смущают слова Божии: «Мне отмщение, Аз воздам». (Втор. 32–35). Можно ли понимать эти великие слова в абсолютном смысле, как полное отрицание человеческого права судить и наказывать преступников? Конечно, нет. Уже самым фактом узаконения смертной казни в Ветхом завете исключается такое понимание. Моисей был судьёй народа израильского, сперва единоличным, а позже при содействии поставленных им начальников, которых он уполномочил производить суд. После Иисуса Навина во главе народа стояли судьи, самое название которых показывает, что судебные функции были основной их прерогативой. Эти факты показывают, что судебные и карательные функции не считались противоречащими слову пророческому «Мне отмщение, Аз воздам». Подлинный смысл этого заявления о высших правах Божьих объясняют нам слова Павловы. «Не мстите за себя, возлюбленные, но дайте место гневу Божию. Ибо написано: “Мне отмщение, Я воздам, говорит Господь”» (Римл. 12, 19). Жаждущий мести человек часто несправедлив в оценке действий и чувств своего врага, и месть должен предоставить всеведущему Богу. Но личная месть совсем не то, что казнь преступника по приговору суда, свободного от страсти и личных побуждений. Не за себя мстит суд, а охраняет общество и государство от потрясений важнейшей основы единства и силы государства права и законов. Без этой, чрезвычайно важной, функции суда не может обходиться никакая государственная и общественная власть, ибо иначе неизбежно погружение в тёмную область анархии.
Карательной функции судьи Ап. Павел придаёт даже значение служения Богу: «Ибо начальник есть Божий слуга, тебе на добро. Если же делаешь зло, бойся: ибо он не напрасно носит меч; он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое» (Римл. 13, 4).
Господь Иисус Христос отклонил от себя санкцию смертной казни в известной истории с приведённой к нему женщиной, уличённой в прелюбодеянии (Ио. 8). Да, он не подтвердил обязательности побиения её камнями по закону Моисееву, а ответил глубочайшими и святейшими словами: «Кто из вас без греха, первый брось в неё камень». Над суровостью ветхозаветного закона восторжествовал свет нового закона милости, превозносящейся над судом. Мог ли сердцеведец Христос признать правду казни слабой женщины за грех, в котором были повинны и её судьи — законники? Сопоставьте столь обыкновенную вину этой несчастной женщины с сатанинскими преступлениями немцев, закапывающих живыми и бросающими в огонь крошечных детей, и станет очевидным, что нельзя святой ответ Сына Божия о женщине, взятой в прелюбодеянии, приводить как аргумент против казни палачей, истребляющих тысячи невинных людей в своих дьявольских «душегубках».
Можно ли, говоря об извергах-немцах, вспоминать о святой заповеди Христовой «любите врагов ваших»? Нет, нет, ни в коем случае нельзя! Нельзя потому, что любить их совершенно и абсолютно невозможно не только для людей, но и для ангелов, и для самого Бога Любви. Ибо и Бог ненавидит зло и истребляет злодеев. Изверги-немцы не только наши, но Божьи враги, и кто же может, кто смеет говорить о любви к врагам Божьим!
Архиепископ Лука. Праведный суд народа // Журнал Московской Патриархии. 1944. №2. С.26–28.